Палец продавца упёрся в небесный свод. Свод был мягким и упругим, похожим на шёлковую перину. Продавец соскоблил несколько звёздочек и отпустил небо.

В ладони звёзды мерцали неживым рассеянным светом.

- У тебя пепел осыпался, - сказал сантехник.

- Это звёзды, дубина, - сказал продавец. - Ты видишь?

Он опрокинул ладонь, и звёзды, ласково кружась, упали в лужу. Они утонули, как эти авианосцы в Жемчужном порту.

- Hу да? - и тут тон сантехника изменился. - А ведь и вправду звёзды. Я чувствую, что это звёзды, значит, это звёзды.

- Именно, - кивнул продавец и пнул Луну, проплывавшую перед ним.

Луна задрожала.

- Здорово, - сказал сантехник. - Я гляжу вот сейчас на колено и понимаю, что никакое это не колено. Только слов не хватает, чтобы выразить, что это такое.

- А ты попробуй просто сказать.

Продавец закрыл глаза.

"Это вселенская фаллопиева труба", - подумал он.

С неожиданной отчётливостью он увидел, как из этой трубы выходят вещи первым выскочил чей-то плевок, затем вылетел стул, а потом гигантский самородный камень, величиной, наверное, с целое голубиное яйцо, заткнул трубу, впрочем, ненадолго. Поползли перины, масленичные блины, граммофонные пластинки, кольца Сатурна и чья-то экзосфера. Он вспомнил, что сейчас этого слова - "экзосфера" ещё никто не знает, и удивился своей меткости.

Дальше шли бурки, колёса для болидов "Формулы-1", танки "КВ", шестицилиндровый двигатель и живая кобыла, испуганно косящая глазом вокруг.

И неожиданно он почувствовал, что его тянут за руку. Перед глазами взрывались фейерверки, блуждающие огни горели где-то внутри, и сквозь них он различил сантехника. Сантехник был в ужасе. Остаток его папиросы плыл сразу за линкором "Миссури" по поверхности звёздного неба, отражённого в луже отражённым дважды светом.

- Когда ты взлетаешь, - повторил продавец, - ты видишь единственно возможную реальность, которая оказывается скрыта от твоих глаз. Возможно, ты даже создаёшь эту реальность.