Пепел сорвался сразу с двух сигарет и головокружительно полетел вниз. Он разбился о тротуар и тлел, отдавая своё тепло мокрому асфальту.

Люди смотрели на звёздочки под ногами.

- Так где, ты, говоришь, был? - спросил сантехник.

- Мудрёно, - ответил продавец. - Ты просто так спрашиваешь или с интересом?

- Отчего же мудрёно? Я всё понять могу, - ответил сантехник и сделал ещё одну затяжку.

- Ты в первый раз куришь?

- Такое - да, в первый. А в деревне мы с ребятами однажды сон-травы нарвали и засушили.

- И что?

- Hичего. Горчит, а когда просыпаешься, то голова болит. И главное-то зачем нарвали...пацаны с другого берега говорили, что так можно кино бесплатно смотреть. А у нас кино не было. Даже в клубе. Механик спился и продал проектор. Мы горевали, а сон-трава-то - она под боком.

Губы продавца беззвучно шевелились.

- И было это лет пятнадцать назад.

- Да, - сказал сантехник. Он посмотрел на колено. Желания поднять его не возникало. Он ничему не удивлялся.

- Я тебе сейчас расскажу, - решился продавец. - Только ты по улице потом с этим не бегай. И глупых вопросов не задавай. Хотя...- он покрутил в руках окурок. - без глупых не обойтись. Я без них не обошёлся.

Продавец казался старым мужчиной - ему неожиданно оказалось за пятьдесят, румяные щёки обвисли, и оттого он был похож на мопса. Если б к нему приглядеться в дневном свете, то обнаружились бы идеологически несообразные бакенбарды, и нос крючком.

- Ты когда-нибудь спал так, чтобы всё было как по-настоящему?

- Hет, - сказал сантехник. - А зачем?

- Да, - прошептал продавец, - зачем?

Голос его охрип и окреп:

- Когда ты взлетаешь, то тебе снится сущность каждого предмета, который окружает тебя. Я долго размышлял, прежде чем понял, что их не существует.