Мадлен улыбнулась:

— Очень хорошо. Приезжайте и пообедайте с нами, где— то в половине двенадцатого. Во Франции второй завтрак обычно бывает очень рано.

— Спасибо большое, я обязательно приеду.

Я собрался поцеловать ее, но моя нога поскользнулась на грязной земле дворика, и я едва не потерял равновесие. От падения меня спасли три каменные ступени, а поцелуй пришелся в холодный воздух. Немного смутясь, Мадлен произнесла:

— До свидания, мистер Мак Кук. Увидимся завтра.

Я наблюдал, как она пересекла двор и скрылась в дверях.

Холодный моросящий дождь закапал сверху, часа через два — три он грозил превратиться в снег. Я покинул ферму и начал выбираться на дорогу по направлению к Пуан— де— Куильи, где я оставил свою машину.

Было сыро, холодно и темно. Я засунул руки поглубже в карманы куртки и натянул шарф на нижнюю половину лица.

Где— то справа журчала Орне, омывая. гранитные камни своих берегов, а слева, прямо за лесом, возвышались величественные утесы, из— за которых эта часть Нормандии получила свое название Швейцарская Нормандия. Эти утесы представляли собой беспорядочное нагромождение камней, которые смешивались наверху с ветками деревьев. Я раньше и представить себе не мог таких величественных и мрачных творений природы.

Не думал, что мы с Мадлен ушли по дороге так далеко.

Я прошагал довольно быстро целых пять минут, пока не показалась моя желтая машина у дороги и темная громада старого танка в стороне. Моросящий дождик окончательно перешел в снег. Я натянул на голову капюшон и убыстрил шаг.

Знаете ли вы, что ваши глаза могут сыграть плохую шутку ночью в снегопад? Когда они устают, вы начинаете видеть темное пятно, ускользающее в сторону, если вы пытаетесь вглядеться в него.