— Нет, — сказала старушка, — не может быть, чтобы он не кусался. Вишь, как свистит… Ну чисто разбойник!

— Здравствуйте-до свиданья, — обиделся Бук. — Неужели моя добрая улыбка похожа на разбойничью?..

Но старушка не поняла и его нового «сви-сви-сви». Она подхватила с полу авоську, набитую свертками, и пересела на другое место, подальше.

«Эх, — подумал Бориска. — Трусиха! Наверное, еще с детства привыкла бояться всего непонятного. Да такой и состарилась. А может, она плохо обращалась с животными и они часто кусали ее?»

И еще Бориска подумал о том, что эта старушка хоть внешне чем-то и напоминает его, Борискину, бабушку, на самом деле ничем не похожа на нее.

«Моя бабушка, — размышлял Бориска, — сразу сумела бы отличить добрую улыбку от злой… Она и не подумала бы даже, что Бук хочет ее укусить. Тот, кто не делает никому ничего плохого, всегда более доверчив и спокоен»…

Но тут он вспомнил, как Бук по единственной болотной тропинке привел его к Машенькиной берлоге. Как долго не открывалась потайная дверь и как он потом сказал Машеньке:

— Здравствуйте, вы напрасно остерегаетесь меня. Я никому не собираюсь делать зло.

Машенька ответила тогда:

— С первого взгляда трудно бывает понять, может кто-то сделать тебе зло или не собирается его делать.

«Да… — подумал Бориска. — Машенька была права. Нельзя забывать, что она еле убежала от охотников, которые убили ее маму-медведицу и хотели поймать Машеньку. Она осталась в совсем непроходимом болоте. Машенька боялась, что охотники могут отыскать и ее… В такое время не станешь сразу верить каждому человеку. А старушка…»

— Ты спишь или о чем-то задумался? — спросил Бук Бориску.

— Я думаю о старушке… — ответил Бориска.

— Я всегда жалею старушек, — сказал Бук. — Они не могут прыгать и веселиться…