В самых высших слоях петербургского общества, где он вращался, Ники вот уже пятнадцать лет считался выгодной партией, но даже самые предприимчивые мамаши и самые опытные свахи отчаялись заманить его в сети брака. Впрочем, не всякая мать согласилась бы отдать свою дочку за молодого князя. Николай был богат, знатен, удивительно хорош собой, когда нужно — мил и обаятелен, любим друзьями, обожаем родителями, но при этом слыл гулякой и развратником, отринувшим все условности морали. На мир он глядел с хладнокровием и уверенностью человека, с рождения облеченного богатством и высоким происхождением, и вел себя, как капризное дитя, обласканное фортуной и считающее мир лишь ареной для собственных удовольствий. Не случалось с ним в жизни такого, что заставило бы его пересмотреть свои взгляды.

— Ники! Ты просто не имеешь права так запросто распоряжаться Таней! — неожиданно воскликнул Алексей со всем пылом своих девятнадцати лет. — Крепостных больше нет!

— Да не бойся, Лешенька, я ее на мороз не выкину. Таня будет в надежных руках, — успокоил кузена Николай.

Он подумал, что, пожалуй, Алексей еще слишком молод, ни к чему ему знать подробности той вольной жизни, которую ведет его старший брат, и решил, что пора отослать его домой. Ему было известно, что мать Алексея, беспокоясь о своем младшем отпрыске, долго колебалась, прежде чем разрешить ему провести столько времени в обществе кузена Ники. Возможно, она была права. Сам Николай задолго до своих девятнадцати узнал жизнь с самых разных сторон, однако вполне вероятно, что молодое поколение — совсем иное. В конце концов, ведь новая эпоха на пороге, в стране все чаще случаются беспорядки, бродят революционные настроения… Может, Алексей и его сверстники целеустремленнее, серьезнее своих старших братьев? Революция 1848 года, когда за одну ночь рушились троны и менялись правительства, России едва коснулась, однако даже российское самодержавие поступилось кое-какими своими позициями, и в 1861 году было отменено крепостное право.