Никаких других экстраординарных событий не последовало. Лал занимался своими делами, хотя и поглядывал по сторонам, но на третий день к вечеру позволил себе поверить, что Ворнет утратил к нему интерес. И действительно, следующий шторм пришел совсем с другого румба.

Лал сидел в «Перекрестке Кайджи» за легким полдником и наблюдал за игрой, когда к нему подошел Фред и поклонился.

— Мастер Лал, некая особа просит разрешения сесть за ваш столик.

Он нахмурился: наверняка это опять Ворнет. А он позволил себе считать, что этот вопрос полностью урегулирован.

— Та молодая дама в красном, сударь, — пробормотал Фред, наклоняясь якобы для того, чтобы подлить Лалу вина.

Лал чуть повернул голову и увидел в противопололожном конце зала пару огромных черных глаз, ярко блестевших в

полумраке клуба. Он отвел взгляд и взялся за рюмку.

— Пусть уйдет.

— Да, сударь. Прошу прощения, сударь. 

Лал вернулся к наблюдению за игрой, потягивая вино, но есть ему вдруг расхотелось. Краем глаза он видел, как Фред что-то говорит женщине в алом наряде. Она стала с ним спорить, но тут аккуратно вмешался вышибала. Ее протесты стали менее решительны, потом она встала и вышла, упрямо расправив плечи под яркой тканью.

Лал побродил в толпе в центре «Перекрестка», поставил небольшую сумму на «Колесе», выпил еще рюмку вина и взял карту у стола, где играли в «Мошенника». В должный момент он забрал свой выигрыш и направился домой.

Но едва он сошел с ярко освещенной пешеполосы и шагнул на эскалатор, ведущий вниз, как почувствовал, что эта женщина идет с ним рядом, и услышал молодой твердый голос:

-— Здравствуй, Анджелалти Кристефион!