— Значит, вы не посодействуете? — снова начал тот, обращаясь к инспектору.

— Но ведь вам же сказали человеческим языком, — устало протянул инспектор. — Право, людям лучше сделали. На дом приехали. А вы спокойно работать не даёте.

— Хорошо. Дети, берите мародёра, он достоин медленной и мучительной смерти.

Разморенный после сытного обеда, кот перешёл в руки мальчишек, и те с воинственными воплями пытались выскочить из домоуправления.

— Нет, стойте, как же так? — не выдержала я.

— Как видите! — отчеканил мужчина.

— Среди них есть ваш сын? — Я преградила детям дорогу.

— Внук, уважаемая! Иннокентий, подойди ко мне, я тебе сколько раз говорил — не ввязывайся в войну.

— Дедушка, но ведь я же выследил кота! — захныкал внук.

— Чтобы это было в последний раз! Следопыт нашёлся! А вам, уважаемая, лучше не вмешиваться, — обратился он ко мне.

— Позвольте! Сегодня ваш внук жестоко поступит с кошкой, завтра будет издеваться над собакой, послезавтра разобьёт очки деду и, почувствовав себя героем, будет во дворе на всех деревьях выпиливать свои инициалы. Значит, такого молодца вы растите, да? — вступила в разговор полная седовласая женщина.

— И вы туда же?!

— Собственно, куда? — возразила она.

— Потворствуете никчемной твари: кошкам. Много ли от них пользы, кроме запаха в подъезде. Кошек в космос, уважаемая, не запускают. Кошка, скажу я вам, знаете ли, не собака! И опять же голуби, голуби в опасности.

— Голуби, я бы их сохранял в питомниках как символ, а не распускал бы по улицам! — присоединился ещё один голос.

— Давайте вынесем на суд общественности. Вам нужны доказательства?

Иннокентий, принеси шесть голубиных лапок и перья! — не унимался мужчина.

— Оставьте, пожалуйста, моя жена тоже может принести доказательства: три дня бедняга мучилась со шляпой, чистила, чистила, и всё без тояку.