Вежливо поинтересовались его пожеланиями. Мэтр, пребывающий на вершине славы, попросил организовать ему встречу с Сальвадором Дали. Затворничество Великого Дали известно, но испанцы пообещали попытаться устроить такую встречу. Как уж им это удалось, неизвестно, но через несколько дней Хачатуряну принесли радостную весть: Дали согласен его принять! В назначенный день машина с Арамом Ильичом и сопровождающими его шофером и переводчиком подъехала к уединенно стоящему особняку. Гостей встретил мажордом (или как его правильно величать?). Сопровождающих он порекомендовал отпустить. Шофер с машиной не нужны, обратно гость будет доставлен на машине Дали. Переводчик тоже ни к чему - всем известно, что у Дали русская жена Гала. Гостя провели в большую залу с накрытым обеденным столом, и мажордом, объявив, что его господин вскоре будет, удалился. Радостный в предвкушении встречи с мировой знаменитостью, Хачатурян стал ждать. Но ожидание что-то затянулось. Он посидел, походил. Хозяина все нет. Подошел к дверям, подергал - закрыто. Закрыты и другие двери напротив. Благостное настроение стало гаснуть. Попробовал покричать. Сначала робко, потом и громко. Никто не отвечает. Что делать? Ловушка?! Стал ждать еще... Прошел час, другой. Про гостя словно все забыли. В сердцах Арам Ильич сел за стол, выпил, закусил с богато накрытого стола. Хозяина нет. Прошло уже более шести часов, приспичила естественная потребность. Нашел в углу какую-то вазу, облегчился. И вот вдруг двери распахнулись, громко заиграла музыка, все тот же "Танец с саблями", и под эту мелодию Сальвадор Дали влетел в зал сидя верхом на подвешенной на канатах сабле. Не останавливаясь, он медленно проплыл по зале, и вылетел в раскрывшиеся двери напротив. Двери захлопнулись. Через минуту вошел мажордом и объявил, что аудиенция окончена, гостя просят пройти в поданную к подъезду машину. Обиделся, конечно, Арам Ильич. Но это бы еще ничего. Настоящее потрясение ждало его на следующий день. Утром несколько газет вышли с сенсационным описанием визита советского композитора к Сальвадору Дали.