Когда в камышах стало жарко, раков в корневищах поубавилось.

- Шабаш! - объявил Гришка. - Айда купаться. Рак обедать на дно речки пошел.

И они купались. Нырнув в глубину с открытыми глазами и загребая руками воду, скользили у самого дна, где клубились водоросли. Мальчишки, поддев их со дна, скатывали как снежный ком, выныривали на поверхность и, улегшись на спину, искали в водорослях запутавшихся карасиков и линьков.

С Гришкой было легко и просто. А главное - интересно!

Хорошо им было и потом, когда Гришка расстелил на траве чистую белую тряпицу и разложил на ней содержимое узелка - краюху хлеба, луковицы, вкрутую сваренные яйца и помидоры.

Рядом весело горел костер, пеклись раки.

Гришка взял луковицу, зажал между ладонями, сдавил, и-раз!-луковица выскочила из его рук голенькой, без кожуры. Ай да Гришка, ай да молодец-удалец! Руки у него были ловкими, сильными.

В одно мгновение он разделил хлеб на три равных куска и очистил лук. И все было таким аппетитным, что Колька с Сашкой тотчас почувствовали, как они голодны.

Будто из полузабытого сна выплыла картина Красного города-сада с гудками мотороллерщиков, звоном молочных бутылок и ароматом белого хлеба. Сейчас матери Кольки и Сашки, наверное, стоят у газовых плит, сбивают в мисках сырые яйца с молоком, готовят омлеты, заваривают ароматный кофе, разворачивают чайный сыр...

Но разве может сравниться все это с завтраком на природе - с кисловатым ароматом ржаного хлеба, испеченного в капустных листах, со сладковатой горечью лука, с жаренными в костре раками, которых приходится очищать от обуглившейся кожуры, как испеченную картошку. Гришкина еда была так вкусна и с таким аппетитом поглощалась, что никакие продукты из торгового центра, упакованные в стерильные целлофановые пакеты, не могли сравниться с этой простой и здоровой снедью.