Следующая комната-бусинка была весьма странная. В ней находился Философ. Где он находился точно, сказать я не мог. Он был невидим и, по-моему, не имел формы. Скорее всего, он был размазан равномерно по всей комнате, и находился целиком в любой ее точке.
Комната имела только одну стену, сложенную из кирпичей. Кирпичами служили книги. Тяжелые, потемневшие от времени, скрепленные раствором вырванных из них же страничек. Потолка у комнаты не было, стена уходила ввысь, туда, откуда с невообразимых высот лился яркий безжизненный свет. Кто-то, отличный от Философа, взбирался по этой стене. Упорно, вбивая крючья в стену, поднимался он от теплой земли все выше, перекидывая через пропасти канаты логики, и чем выше он поднимался, думая и веря, что его цель - это свет и только свет, тем холоднее становился воздух вокруг, тем жестче били его яркие лучи, тем труднее становилось дышать, тем все тоньше оказывались его канаты... Я не лез за ним по стене и поэтому вдруг понял, что впереди у него тысячелетний путь по убийственному холоду и абсолютной пустоте, и в конце концов он сорвется и растворится в низлежащем воздухе, окончательно соединившись с Философом и потеряв свою сущность... Стоило ли подниматься к свету, теряя земной воздух и земное тепло? Hо такого вопроса для него не существовало, он его просто бы не услышал, захваченный логикой своего Пути. Он был уже слишком высоко.