3.

Какая-то женщина лет пятидесяти (вероятно, домохозяйка), тащила ее по направлению к помойке, грубо обхватив толстыми пальцами гриф. Ее - это наполовину разбитую электрогитару. Арлекино всю жизнь мечтал о такой именно такого цвета и именно такой формы. Конечно, в тот момент она выглядела несколько замызганной, а белая окантовка на стыках дек по цвету намопинала нечищенные зубы, но не все ли равно? Зато там отчетливо виднелись два звукоснимателя (слегка бурых от ржавчины).

Это было само по себе невероятно: великолепную полуакустическую электрогитару собирались кинуть в мусорный бак _ Конечно, на первый взгляд в этом куске дерева и не было ничего великолепного, но куски золотой руды ведь тоже не сверкают, не так ли?

- Извините ради бога, вы что, собираетесь выкинуть ее HА ПОМОЙКУ?!

- Да, а в чем дело, молодой человек?

- А вы в курсе, сколько она сто... - и тут Паша решил попридержать язык.

Видимо, пожилая домохозяйка не расслышала его последней фразы. Собственно говоря, замечательно, что за репликой не последовало никаких действий.

Леша попытался высвободиться из Светкиных объятий, да не тут-то было:

- Тебе что, какая-то разбитая гитара важнее, чем я?!

Светка. Он просто с ней "гулял", и она могла уйти от него в любой момент.

Вообще-то этой легкомысленной девчушке нравились взрослые мужики (преимущественно с деньгами и машинами), но пока ей был интересен Пашка потому что пел, играл и с ним можно было поговорить на равных.

Он вообще-то был миролюбивым малым, но в данный момент ему вдруг захотелось ответить: "Pardon, my darling, гораздо важнее". И Паша произнес эту фразу, но немного по-другому:

- Hу, разумеется, нет. А теперь пойдем, я тебя провожу до дома.

Идти рядом с этой девушкой было мучительно: как нарочно, она старалась идти медленно. Кроме того, в голове роились тысячи мыслей о том, что за то время, пока они тут идут в обнимочку, мечту всей его жизни мог кто-то утащить.