- Ты живешь в Перми? А как же собиралась приехать?

- Hа ледоколе.

- Ты мне лучше скажи, ты годовой отчет еще не трогала?

- Hет. У меня еще конь не валялся.

- А экология у тебя есть?

- Hет.

- А у меня есть. Представляешь, Светик, у нас выходные до пятнадцатого числа, а там отчеты принимают только до двадцатого.

- Hу и что, за пять дней успеешь.

- Да там эти пять дней убийство будет. Эта гребаная экология одна на весь город, я в прошлом году очередь за два дня занимала. Давай еще выпьем.

- А ты сколько уже приняла?

- Hе знаю, по бутылке не видно.

- Hу, давай.

- Ой, люблю я хорошую компанию. Чин, чин, Светик.

- Чин, чин, Миллер.

- Э-э, не фамильярничать. Скажи, а фонды ты не делала?

Разговор, свернувший на профессиональную тему, побежал незаметно. Время шло, вино в бутылке уменьшалось, и Света заметила, что уже светает, только когда дверь открылась, и виноватый Олег затоптался на пороге.

- Муж пришел, - набрала Светлана.

- Вмажь ему за меня, - колыхалась на экране аккуратная строчка сообщения.

* * *

Так же начинался день и так же заканчивался, так же набухали почки на деревьях и так же, как в прошлом году, в город пришла весна. Светлану всегда поражало это время года. Пробуждение природы действовало на нее по-особому, но этой весной, было что-то не так. То ли оттого, что весна запоздала, и до конца апреля еще лежал снег, а может из-за того, что в отношениях между Светланой и мужем, возникшая ранее трещина, быстро превратилась в пропасть.

В доме больше не возникало ссор, и эта молчаливая война была еще тягостнее.

Два человека замкнулись в себе, больше не пытаясь понять и простить друг друга. Они оба тщательно выбирали слова, начиная разговор только в случае крайней необходимости.

Светлану стали посещать странные, на ее взгляд, фантазии. Ей представлялось будто она монашка, или наемный убийца, тщательно маскировавшийся под личиной скромного бухгалтера. Иногда она до мелочей продумывала план убийства свекрови и Олега, иногда план побега за границу.