Казис Казисович САЯ

БУБЕНЧИК

Повесть

Перевод с литовского Екатерины Йонайте

БУБЕНЧИК

Милде

Как-то раз забрели в Холмогоры двое странных мастеровых - из тех, что по деревням воду ищут, колодцы копают. Звали их Улис и Вилимас.

Первый был смуглый, курчавый - вылитый цыган. А глаза серые, до жути пронзительные. Другой, Вилимас, нравом повеселее, попроворнее и будто на солнце выгорел: белобрысый, брови пшеничные, глаза голубые, зубы крупные, как бобы, и белые-белые... Такому впору ночью и без фонаря колодец копать.

Да только холмогорцы немало повидали на своем веку, сколько таких горе-копателей у них перебывало, все мечтали среди холмов воду найти. Как же, жди! Вода, поди, свое место знает. Внизу журчал ручей, размывший со временем глубокий овраг, в низине поблескивало озеро - даже не озеро, а омут какой-то... Но люди жили на взгорье: оттуда и вид лучше, и по весне солнышко быстрее землю прогревает, распутица не докучает...

А вот водицу приходилось бадьями в горку таскать. Не только для еды-питья, лицо ополоснуть, но и для огородов летом, для скотины и стирки зимой.

Скрючится-поднатужится внизу человек с коромыслом и скажет, бывало:

- Ну-ка, с божьей помощью... Р-раз!

Но стоило ему сделать несколько шагов, как гора, слово живая, все круче выгибала свой горб, прямо на глазах росла.

- Елки зеленые! - в сердцах восклицал, бывало, человек, спотыкаясь и проливая воду себе под ноги. - Ветра только и не хватало!.. И откуда его принесла нелегкая?!

И вот наконец, поминая лихом и бога, и черта за то, что бугров понаделали, супругу свою и ребятишек - что золой не посыпали, лошадь и коровенку - что больно горазды воду хлестать, взопревший и злой человек взбирался на гору. Тяжело отдуваясь, тащился он к хлеву, выливал воду в лохань или в котел для пойла, переводил дух - и назад, вниз.

Потому-то нигде так не ждали Улиса и Вилимаса, как здесь, в Холмогорах. Правда, люди думали, придут мастера солидные, перелопатившие на своем веку немало глины, а тут на тебе - являются два шалопая, уплетают за обе щеки картофельные оладьи у Шяудкулиса, двоюродного брата настоятеля, а сами не о колодцах речи ведут, а знай на девок пялятся. Мужиков не проведешь - увидели они такое дело и сразу же предупредили: