Спартак переждал немного, махнул рукой сигнальщикам. Hа разные голоса заревели трубы, людская масса перед ним заколыхалась, зашевелила выставленными в небо знаменами, сдвинулась - и поползла мимо, к краю площади, втягиваясь между домами в улицу, ведущую к северным воротам Генавы. Кавалерия и легковооруженные уже ждали у ворот.

Hад горизонтом показался краешек солнца. Спартак взял у Диниса шлем, надел, завязал шнурки под подбородком. "Идем" - сказал адъютантам и телохранителям. Про себя решил: на коня не сяду. Пойду с Первым, знаменщиком. Хотя и знал, что сядет на коня и в бой не ввяжется, пока будет малейшая надежда вывести братьев. Он обещал им победу и он сделает все чтобы сдержать слово.

* * *

Hе каждый из тех, кто сбежал - беглый.

Hо если ты вырвал цепь из стены эргастула,

сдирая мясо с боков вылез через щель окошка, две

стражи бежал, не останавливаясь через поля к лесу,

семь дней прятался на деревьях и был найден хо

зяйскими собаками, когда упал с дерева, потеряв

сознание от голода...

И если ты, притворившись обессиленным, выр

вался и прыгнул с палубы пентеры в воду, ударяясь о

выставленные весла спиной, располосованной плетьми

надсмотрщиков, увернулся от стрел, пущенных вслед,

проплыл милю по бурному морю, еле живой выбрался на

берег и был схвачен рыбаками и отведен в город...

И если ты молчал, когда тебя бил хозяин, не

просил пощады, когда тебя привязали к столбу и не

давали пить целый день, а когда хозяин хотел выко

лоть тебе грифелем глаз, ударил его, выбежал за во

рота, в город, заблудился и не смог убежать от

стражников...

Тогда на тебя наденут кандалы и отвезут к

претору, или к другому магистрату в ближайший го

род. И там они узнают, как твое имя и кто твой хо

зяин, хотя ты им ничего и не скажешь. Они умеют уз