А на ощупь всегда кажутся теплее воды..." - он поднял рыбу из мути в чистую воду, и увидел, что зря волновался , острие гарпуна пробило ее насквозь под позвоночником, сразу за жабрами, сорваться она никак не могла. Он встал на дне на колени, перехватил рыбу поудобнее, и стал просовывать ей острый конец кукана в жаберную щель. Рыба оказалась крупным, килограмма на два линем, жабры она закрыла плотно, поэтому ему сперва пришлось поддеть острием кукана край жаберной крышки и приподнять его, потом он протолкнул кукан через рот линя и вытащил наружу. Kукан встал поперек рта линя, и ему уже некуда было деваться. Воздух в легких кончался, в груди уже покалывало, и хотелось скорее подняться к поверхности и вздохнуть, но Олег поднял голову, и еще постоял на коленях на дне несколько секунд, поверхность воды снизу, через стекло маски, казалась не плоской, а вогнутой, казалось, что над головой натянут большой кусок полиэтилена, который провис от тяжести.

Олег оттолкнулся ногами от дна и медленно поднялся к поверхности, и когда конец трубки показался над водой, он резко выдохнул из трубки воду и с наслаждением сделал несколько глубоких вдохов. Потом он отвинтил от проткнувшей рыбу стрелы наконечник, вытащил из рыбы стрелу, и навинтил наконечник обратно. Потом подтянул к себе за шнур висящее внизу подводное ружье, вставил в него стрелу, упер ружье рукояткой себе в живот и двумя руками натянул и зацепил на вырезе в стреле резиновые тяги, сперва одну, а потом и вторую.

-2

Вода в котелке закипала, и все то, что только что было таким важным и волнующим, уже кончилось. Олег перестал материться про себя, вспоминая, как два раза промахнулся по неподвижно стоящим прямо рядом с ним в воде щукам, причем щуки были крупными, таких просто грех было сразу не увидеть, он их сразу и увидел, правда, не всех целиком, а только их спины, торчавшие из водорослей, он должен был бы и убить их сразу, но охотничье счастье подвело, и оба раза он промахнулся. Олег еще раз