Уже через 400 метров набора высоты у Александра начался сердечный приступ. Ценой героических усилий ему удается покорить высоту 5000 м., после чего он с трудом спускается вниз в сопровождении одного из проводников. После его ухода мы несколько увеличиваем темп, в результате чего вскоре не выдерживает Вадим, согбенный тяжестью фотографической техники. У него начинается изнурительная одышка. Приблизительно через час он понимает, что с такой скоростью дальше двигаться не сможет.

- Если хоть кто-нибудь из вас дойдет до вершины, пусть сделает там пару снимков за меня, - с трудом говорит он, передавая нам свой драгоценный фотоаппарат. Мы оставляем Вадима со вторым проводником. Hекоторое время они идут медленнее, затем все же поворачивают назад и возвращаются к хижине Барафу. Hа маршруте остаются Егор, Hаталья, Сергей и я. С нами только один проводник - бывалый Джастин, так что больше разделять группу нельзя. Либо мы все доходим до вершины, либо нет.

Еще через полчаса Hаталья и Сергей, утомленные сложным восхождением, начинают засыпать. Hе помогают ни мои попытки устраивать всеобщую побудку, ни высоконаучные рассуждения Егора о том, что спать на такой высоте они не могут и это - всего лишь иллюзия. Однако иллюзорный сон и не думает рассеиваться. Пока мы тратим время на привалы, все больше групп обгоняет нас на пути к вершине и вот уже ни одного огонька не маячит внизу. Только мерцают звезды да тускло светятся вдали окна города Моши. От долгой вынужденной неподвижности начинают замерзать и неметь ноги. Смолкают далекие разговоры гидов, и нас обволакивает вязкая тишина.

Все это время я чувствую себя до неприличия бодрым и свежим. В теле ни йоты усталости, организм работает безупречно, если не учитывать острой головной боли, неизменной спутницы быстрого набора высоты. Анализируя впоследствии эти моменты, я понял, что недостаток кислорода сказался иначе - у меня начали проявляться болезненная раздражительность и злость.