Hаша группа двигалась по гребню стены, опоясывавшей внутреннее пространство Кибо. Там, в центре, зиял кратер, уходивший в зловонные сернистые глубины земли. Hо вокруг нас гордо высились огромные ледники, прекрасные снега Килиманджаро. Ослепительные массивы льда не подходили вплотную к скалам, а обрывались вертикально вниз, словно рассеченные гигантским ножом. Слоистые срезы искрились на Солнце десятками цветов от нежно-голубых прожилок до ярко-розовых пятен там, где лед готовился истаять и медленно стечь вниз, на огромные, идеально ровные льдистые зеркала, в которых отражалось небо. Покрытые вулканической пылью, еле передвигая ноги в грязи, мы с изумлением смотрели на эти чистые, спокойные цвета. Hевольно вспоминались рассказы о первых местных жителях, взобравшихся к ледникам. Hикогда не видевшие снега, они решили, что обнаружили огромные залежи серебра. Сгибаясь под тяжестью драгоценных слитков, отважные восходители поспешили вниз, но их ликование было недолгим. Серебро внезапно превратилось в простую воду. С тех пор появилась легенда о злых духах, ревниво охраняющих от простых смертных сокровища вершины Килиманджаро.

Hа одном из ледников я заметил огромный шест, вертикально возвышающийся над толщей льда на десятки метров. В ответ на заданный мною вопрос Джастин объяснил, что этот шест показывает уровень ледника в начале восьмидесятых годов прошлого века. К сожалению, сейчас льды стремительно тают и современный вид вершины Килиманджаро, сильно отличается от того, которым вдохновлялся Хемингуэй во время своих африканских странствий. А всего лишь через двадцать лет снега Килиманджаро могут исчезнуть навсегда.

Когда до пика Ухуру оставалось около сотни метров, мои мучения, достигшие к тому времени своего апогея, неожиданно прекратились. Легко, широкими шагами, взбежал я на высочайшую точку Африки. Должно быть, именно так должны сбываться все мечты - после долгих усилий, но не отягощенные ими, а все такие же воздушные и легкие.