ИСТОРИЯ РАСПРЕЙ ПРИ ВОСШЕСТВИИ НА ПРЕСТОЛ СОЛОМОНА,

СЫНА ДАВИДА,

ЗАПИСАННАЯ СО СЛОВ ФАНУИЛА, СЫНА МУШИ, ПИСЬМОВОДИТЕЛЯ ТРЕТЬЕГО РАЗРЯДА

ПРИ ЦАРСКОМ КАЗНАЧЕЙСТВЕ;

В СКОБКАХ ДОСЛОВНО ПРИВЕДЕНЫ

ПРИМЕЧАНИЯ ФАНУИЛА, СЫНА МУШИ,

СДЕЛАЛСЯ ВЕСЬМА СЛОВООХОТЛИВ

Когда царь Давид уже состарился и вошел в преклонные лета, то никак не мог согреться, хотя ему отыскали красивую девицу сунамитянку Ависагу, которая ходила за ним и лежала с ним, чтобы ему было тепло. А он знал, что дни его сочтены, но не выказывал предпочтение ни Адонии, ни Соломону, ни кому-нибудь другому из своих сыновей.

(Царь лежал, глядел в потолок и чувствовал, как власть ускользает у него из рук. Он хорошо понимал, что все следят за ним и ждут его слова, чтобы использовать это слово в борьбе за престолонаследие; это слово было последним, что осталось ему от прежнего могущества.)

Адония, сын Давида отжены его Агифы, красавец, родившийся Давиду после Авессалома, стал говорить: «Я буду царем!»; он завел себе колесницы и всадников и пятьдесят человек скороходов, которые бежали впереди и кричали народу: «Посторонись! Прочь с дороги престодонаследника». Но даже когда шум доходил до царя, он не стеснял сына вопросами.

(Впрочем, на царя уже обращали мало внимания. Ему же приходилось лишь ждать, когда Господь сам склонит чашу весов в чью-либо пользу. Правда, за царем было еще его слово, предсмертное слово; и если, упаси Бог, слово будет сказано не тому, кому надо, и тот потерпит поражение, что останется от Давида? Суд людской творится потомками, а от сына зависит, каким сохранится отец в памяти народа.)

Адония же сговорился с военачальником Давида Иоавом, чтобы заручиться помощью войска, и с первосвященником Авиафаром, за которым стояли все священники страны, ибо не хотели потерять своих малых святынь и алтарей на возвышенностях, с коих имели доход; оба они поддерживали Адонию. И заколол Адония овец и волов и тельцов у камня Зохелет, что у источника Рогель, и пригласил всех своих братьев, сыновей царя, со всеми иудеянами, служившими у царя. Только Соломона, брата своего, он не пригласил.