— Извольте, — разрешила графиня.

Я протянул руку и прикоснулся ко лбу, он был прохладен — температуры у больной не было.

— Теперь я буду двигать над вами руками, а вы закройте глаза и постарайтесь расслабиться, — попросил я. — Представьте, что вы лежите в теплой воде и вам хорошо и спокойно.

— Да, — ответила женщина и затихла.

Я начал водить руками над ее телом, закрытым тонким шелковым одеялом. Мышцы у меня напряглись, и заныла недавняя рана.

Сначала графиня лежала совершенно неподвижно, но несколько минут спустя, начла дрожать.

— Вам нехорошо? — спросил я. — Прекратить?

— Нет, хорошо, — ответила она чуть громче и отчетливее чем раньше. — Пожалуйста, еще!

Я вновь сосредоточился на своих ладонях и попытался проконтролировать, какие места ее тела отзываются на мои пассы. Когда занимаешься экстрасенсорным лечением, довольно быстро начинаешь ощущать разницу между здоровыми и больными участками. Как мне показалось, у Зинаиды Николаевны были небольшие проблемы с печенью и желудком. В остальном, для пожилой женщины, она была практически здорова. От нервного и мышечного напряжения я начал уставать и сильно вспотел. В комнате насыщенной ароматами духов было душно и влажно.

— Вот на сегодня и всё, — сказал я, когда почувствовал, что ощущение собственной усталости не дают пробиться к больной.

— Что это было? — спросила больная, открывая глаза. — Что вы со мной делали?

— Это такое бесконтактное, экстрасенсорное лечение, — по привычке, мутно и непонятно, ответил я, постепенно приходя в себя. — Меня ему научили инки и ацтеки.

Обычно чем непонятнее звучали объяснения, тем больше доверия вызывал своей ученостью врач.

— Доктор, а что это за странный запах? — опять спросила графиня.

— Не знаю, — ответил я, отодвигаясь дальше от постели, — вероятно, флюиды выздоровления.