Мальчишками мы ловили тарантулов. Маленький кусочек пластилина цепляется на длинную нитку и опускается в нору. Паук принимает приманку за жучка и хватает ее. В этот момент нитку нужно быстро выдернуть. Тарантул бросается в погоню и неожиданно для самого себя выскакивает на поверхность. Там он и остается, жирное мохнатое чудище, привыкшее к темноте и ошалевшее от солнечного света. Рывок, еще рывок. Со скоростью несколько метров в секунду веревка шла вверх. Я уже не сомневался и точно знал, что увижу через мгновение. Вот над краем колодца появилась голова человека с окровавленным страшным лицом. Он перемахнул через ограждение и бросился бежать. Я рванулся было следом и тут же налетел на Ивана Ильича. Мой друг стоял, окаменев, и смотрел в сторону колодца широко раскрытыми глазами. - О боже, - прошептал он, - вы только посмотрите на это. Я обернулся. Из колодца одна за одной выскакивали огромные бурые крысы. Каждая размером с собаку. Солнечный свет ослепил их. Отвратительные твари со слезящимися слепыми глазами сбились в кучу на краю и скалили желтые клыки. Секундой позже все они ринулись вниз.

Вечером мы с Иваном Ильичем как обычно сидели у меня и вели светскую беседу. - Hу и денек, - говорил мой друг, опрокидывая очередную стопку, - не мудрено, что парень так испугался. Живет же на свете такая гадость. Hаверное какие-то мутанты, раз по вертикальным стенкам бегают! Изо всех щелей, говорит, полезли десятками. Hу, слава Богу, обошлось. А ведь могли и слопать как ту корову. Вы не знаете, он сильно ранен? - Ерунда, три царапины. Поколотился о стенки при подъеме. Им сейчас наша докторша занимется. Вот счастье привалило старушке! - Знаете, Василий Андреевич, вы как хотите, а я иду завтра к председателю. Попрошу чтобы этот проклятый колодец забетонировали. За людей страшно... Hалейте-ка по еще... Спасибо... а признайтесь честно, что вы думали на счет этого дела? - Стыдно сказать, - я виновато улыбнулся, - думал, что огромный паук. А вы? - А я думал - Черт. - очень серьезно ответил агроном.