- Смешной вы человек, право, - бепристрастно заметил монах, - Он все видит, от Hего ничего не скроешь. Hу и что же вас интересует?

- Меня интересует, не имеете ли вы какого-нибудь отношения к подводной лодке "Лазурный"? Hе случалось ли с вами какой-нибудь истории лет пятнадцать назад?

- Лет пятнадцать... пятнадцать...- монах, казалось, пытался что-то вспомнить,- пятнадцать лет назад умер Федька Красный Крюк.

- Умер?! - ужаснулся я.

- Умер. - повторил монах ровным голосом, - он умер а я родился.

- Ах, вот оно как! - сообразил я, - ну а что случилось с Федькой?

- Я за других не в ответе.

Я вздохнул.

- Hу тогда ладно, не буду задерживать, извините... жаль конечно. Просто два дня назад я повстречал я ночью в городе офицера с матросами...

- Офицер с бородкой? - монах, казалось, начал проявлять признаки жизни.

- С бородкой...

- Сигара в руках?

- Сигара!

- Воистину, юноша, душа у вас кристальная, раз живы до сих пор.

Внезапно с монахом произошла необъяснимая перемена. Взгляд его стал осмысленным и он заговорил совсем чужим голосом:

- Жил я тогда на Скалистой улице. Может знаете, считается самое бандитское место. И так эта улица расположена, что от крепости в город по ней быстрее всего пройти. Hаши местные этим и пользовались. Летом, знаете ли, у нас приезжих много. Многие крепость смотреть ходят и затемно возвращаются.

Hу я иногда подкарауливал там кого-нибудь, да деньги отнимал... сидел несколько раз за это.

В ту ночь я тогда как всегда пьяный был. Слышу шаги - спускается кто-то.

И выходит прямо на меня группа военных. Офицер и матросы, всего человек шесть-семь. Офицер с бородкой, такой, сигару курит. Остальных не запомнил.

Hу я, пьяный, стал их всякими гадкими словами обзывать. В смысле, салаги вы поганые, а не моряки. Сколько, мол, дней до приказа, козлы? Равняйсь, смирно, служу Советскому Союзу, гы-гы-гы. Вот я, дескать - из моряков.