генокода биовещества.

Айвен лег в ванне, где обычно спал. Он делал так из предосторожности. В первые дни после мутации его тело не редко расплывалось во время сна, превращаясь в белую массу. В этом состоянии Айвену ничего не угрожало, просто само биовещество оказывалось сильно активным и разъедало почти всю органику что попадалась на пути. Такого давно не случалось, но рисковать не хотелось. Мысли Айвена блуждали по дебрям воспоминаний, постепенно угасали, и он засыпал. Состояние сна требовалось, как и раньше, с той лишь разницей, что биовещество не ощущало периода. Айвен легко менял длительность суток для себя и граница сверху составляла около двухсот часов.

Мак стоял в кругу людей. Они кричали и грозили. В Айвена полетели камни.

- Убирайся вон! Убирайся вон! - Кричали голоса. Мак не понимал, почему его гнали. Он не причинил никому вреда. - Убирайся! - Кричала толпа. Сжечь его! Сжечь!

Люди оказались рядом. Они толкали Айвена. Он не удержался на ногах и упал. Его били палками, пинали ногами, забрасывали камнями. Он только уворачивался, но боли не было.

Почему?..

"Я же не человек." - Возникла мысль. В этот момент чей-то сапог заехал ему в глаз.

Айвен вскочил и превратился в тигра. Толпа продолжала выть, но несколько расступилась. Кто-то еще кидал камнями, кто-то лупил зверя палкой. Мак прыгнул вперед. Hесколько человек отпрянули, давая зверю возможность бежать, и тигр не медлил. Мак выскочил из круга людей, помчался на четырех лапах вперед, по дороге.

- Ату его! Ату! - Кричал странный голос позади. Вдогонку летели камни и палки, затем послышалась стрельба.

Айвен уносился из города. Он внезапно затормозил, когда перед ним оказался обрыв. Мысль о том, что он так и не научился летать, хотя мог превратиться в птицу, больно ударила в сознание.