- И почему он у вас к каждой бочке затычка? - с раздражением спросила заведующая.

- К какой бочке? - не поняла Катя.

- Да к любой, - поддержала авторитет руководства воспитательница Эльвира Францевна. - Шефы нам ракету из досок сколотили, а я заметила, что в одном месте сучочек выпал. И говорю детям: не суйте туда пальчики, особенно ты, Вася. А я уже, отвечает.

Синициным нарекания слушать надоело Но деваться некуда. Кате надо на работу ходить, да и сыну для развития чувства коллективизма нельзя без сверстников. Плохо, что по своей вездесущности оказывается там, где его меньше всего хотели бы видеть.

Говорят, устами младенца глаголет истина. Устами Васи вещала не иначе как сама богиня возмездия - Немезида. Первой это заметила воспитательница Синицина-младшего. Эльвира Францевна зареклась и другим посоветовала Василия Петровича не поминать в разговорах. Чем и сыграла роль катализатора.

Сама отделалась легким испугом. Во время тихого часа тайком поделилась с подругой, что на днях целовалась с женатым мужчиной.

- А вдруг узнает твой жених? - спросила подруга.

- Лишь бы не Василий Петрович, - пошутила воспитательница.

- А зачем вы, Вила Срантовна, с чужим дядей целовались? - раздался за ее спиной детский голосок.

- Ой, Вася, ты почему не спишь?

- На горшок хочу.

Коллектив детского комбината Эльвире Францевне не поверил.

- Мистика какая-то, - говорили скептики. И принялись шутить. Кое для кого усмешки закончились слезами.

- Ого, наложила, - похвасталась повариха, с трудом поднимая набитую доброкачественными продуктами сумку.

- Василия Петровича на тебя нет, - поддела напарница.

- Слабо ему, - отмахнулась работница общественного питания и угодила по плечу карапуза с пытливым взглядом. - Ты кто?

- Васенька Синицин. А зачем вы, тетенька, взяли столько мяса и апельсинов?

- Век бы нам этого "прокурора" не видеть! - в голос завыли подруги на показательном процессе.