— Когда мы выступаем? — сверкая глазами, горячо воскликнул молодой клансмен.

— Сначала Кинмонт отправит им послание с вежливой просьбой освободить Робби. Годфри получит его завтра к вечеру. Через день-другой они пришлют нам ответ. Итого — три дня отсрочки. — Эрл с улыбкой хлопнул перчатками по ладони, словно он всего лишь перечислял продукты, которые необходимо закупить для кухни. — Затем еще два или три дня на подготовку операции «Вдова». — На последнем слове он сделал ударение. — Нам необходимо выяснить распорядок дня леди Грэм.

С этими словами Джонни швырнул великолепные, отделанные тонкой вышивкой перчатки на стоящий рядом стол и потянулся к своим пистолетам. Вытащив их из-за пояса и взвесив на ладонях, словно они могли подсказать ему, когда лучше всего устроить похищение высокородной дамы, он аккуратно положил пистолеты рядом с перчатками.

— К тому времени я как раз успею подготовить комнату в восточной башне к приему дорогой Элизабет…

Теперь уже улыбались и его соплеменники, даже Кинмонт — человек, которого Джон называл своим «голосом разума».

— Возможно, на высокомерии лорда Годфри тебе удастся заработать неплохие деньги, — заметил Кинмонт Кэрр. Как и многие жители Приграничья, в душе он был немного делягой. При том, что набеги несли в себе опасность и веселили душу, они также рассматривались здесь в качестве весьма выгодного бизнеса.

— Ты, надеюсь, не откажешься взять на себя эту сторону нашего предприятия? — мягко осведомился Джонни, прекрасно зная, как любит его кузен все, что связано с получением денег. — Можешь начать с долгового письма, которое затем должен будет подписать этот негодяй Годфри.

— С превеликим удовольствием!

— В таком случае все остальные свободны и могут заняться дегустацией новых рейнских вин, доставленных вчера из Бервика.