- И пусть ваш сын со своим вонючим ебальником тут не командует! А ты молчи, сука. Молчи сука, я сказала! Деньги на коньяк, значит, взял. Тут лежали. Тут лежали!

- За свои... - бурчит папа Сережа.

- Что за свои, падла ты? - возражает мама Вера. Бабуля Люда снова начинает кудахтать, и издаваемые ею звуки переходят в крик:

- КУДАААААААААААХ!

С невероятным грохотом в кухне падает холодильник. Слышен звук разбившихся тарелок, бутылок.

- Блядь ты! - вопит мама Вера.

- ОАААААА! - тянет высокую ноту бабуля Люда.

- Идите вы все нахер!!! - в сердцах восклицает папа Сережа, - Я уйду! Я тут не...

- Верка ах ты сука, тыыыыыииии... - кудахчет бабуля.

Маленький Ваня просыпается, и начинает тихо всхлипывать.

Маня спускается к нему, успокаивает, шепчет слова из какой-то старой забытой сказки, которую она вычитала в потрепанной книжке без обложки, найденной на мусорнике.

- А я вот уйду! - бушует папа Сережа, - Чтобы меня тут всякие бляди попрекали? Уйди! Уйди!

- Ахнееееет! - квакает бабуля. Снова звон, что-то бьется об пол, падает, глухой удар, от которого сотрясается ветхая мебель и все вокруг.

- Да не брал я твои деньги! - орет папа Сережа, наверняка выпучив глаза и сжав руки в кулаки.

- Это я, причмандовка такая, их сама взяла? - издевательским тоном возражает мама Вера, - Ты своей любимой мамочке рассказывай. Или ты или она взяла, но ее не было, значит ты взял, а меня же обвиняешь, падла ты! И еще меня, меня, будешь причмандовкой обзывать? Я - причмандовка? Я причмандовка, да?

Hу скажи еще раз? Я - причмандовка? Сучара ты вонючий, и хуй твой вонючий, и...

Манечка отпускает убаюканного Ваньку, и лезет обратно к себе на полку, на второй ярус. Девочка смотрит на окна соседнего дома. Там не горит свет. Люди спят, не ругаются.