Савельев был на ногах. Сорвался с места, как застоявшийся в стойле жеребец.

В воздухе, где лишь секунду назад была нога Дмитрий, сомкнулись акульи челюсти. Дмитрий почувствовал натяжение правой штанины, и дрыгнул что есть силы, разрывая ткань.

Кусок штанов, почти аккуратный треугольник, остался свисать изо рта белого демона, а Савельев, вот здесь уже показывающий скрытые резервы человеческого организма, рванул так, что ему казалось, будто он не бежит, а летит над землей, с необычайной легкостью перебирая ногами.

12

Бультерьер раздумывал некоторое время, и побежал за ним.

Безусловно, читатели могут подумать, что герою ничего не грозит в начале книги. Так уж пишутся произведения, что если сюжет линеен, как здесь, то до самого финала опасаться за жизнь героя нет нужды. Однако, я не могу дать гарантию, что Савельев останется жив, а по оставшимся страницам не будут табунами бегать упитанные бультерьеры. Следующая глава - переломная, в ней вы узнаете, что же случится с Савельевым.

13

Он дальше бежит. Снова свернул на тропу. Hо тропа уже вовсе не тропа, а асфальтовая дорожка, идущая меж домов о двенадцати этажах. Слева впереди низкое одноэтажное здание c вывесками "Прачечная", "Парикмахерская", "Фото", и даже "Компьютерный клуб СКРЫHЯ". Удивительно, как все это поместилось в таком маленьком бараке! У входа в "Фото" стоит картонная манекенщица от FUJICOLOR, держа в руках плакат с расценками. Чуть дальше будка "РЕМОHТ ОБУВИ", в полумраке которой день за днем гробит свою жизнь печальный сапожник.

Сапожник полгода работает, а другую половину бегает по разным инстанциям. За землю заплатить нужно, за будку - тоже нужно, а еще сделай новый паспорт, ордер, продли разрешение на работу. При этом за свои деньги покупает материал - клей, кожу, резину. Выторг в здешней дыре - немногим более 215 гривен, считай, сорок зеленых в месяц. А ежели распределить на нерабочие месяцы, то получается всего двадцатка. Есть от чего печалиться.