— Старейшины!! По законам гуронов пленников надо было закопать в муравейник, сжечь живьем, убить томагавком и содрать скальпы. Но если мы убьем безоружных, мы покроем себя позором, и за это Великий Дух отнимет у гуронов свое покровительство. Наши пленники должны были родиться гуронами. Один поразил в бою двух лучших воинов племени гуронов… Другой бледнолицый, который носит странный тотем Буратино (тут краснокожие, забыв о приличествующем индейцам хладнокровии, захихикали, а один из бледнолицых покраснел и насупился), рискуя своим скальпом, пришел ему на помощь. Олег не закроет лица от стыда за друга. Он достоин чести ходить по тропе войны рядом с гуронами…

— А что?.. — вставил польщенный Буратино. — Верно. Это мы можем… Даже с удовольствием…

— И мы должны закопать с ними томагавк, чтобы… чтоб… не было облака между нашими вигвамами!

Владелец Железной Секиры и остальные гуроны с восторгом слушали своего красноречивого вождя, только Расщепленный Дуб мрачно смотрел в землю, изредка притрагиваясь к своему синяку.

— Вот что решил я, Черный Орел! Мы покажем пленников нашим девушкам. Если какая-нибудь выберет их себе в мужья, то пусть они живут между нами. Я, Черный Орел, сказал!

Бледнолицые забеспокоились. Так все хорошо шло, так умно и, главное, справедливо говорил Игорек и вот, пожалуйста, свел все на какую-то глупость.

— Очень нам нужны ваши девушки, — сказал Буратино. — Все равно я убегу. И нипочем вы нас не заставите… А если в индейцев играть, это мы можем… Даже сколько угодно. Лучше отдайте нам наши грибы, а девчонок не надо. Да и где вы их еще возьмете-то?

Черный Орел только сейчас сообразил, что девчонок и в самом деле взять неоткуда, и был озадачен.

Его выручил Стасёк, Владелец Железной Секиры, который, плюнув на церемонии, просто сказал:

— Да чего там! Принимаем их в наше племя. Я Олега знаю — он хороший. И Буратино тоже. Ты, Борис, не беспокойся. Черепаха нашлась. Она у одного мальчишки была. И яйцо снесла, С обеих сторон острое. Потом покажу. А если Одинокий Бизон и Расщепленный Дуб на Олега обижаются, пусть стукнутся один на один — и квиты!