- Корольков думает, что если бы с нами был наш капитан-лейтенант, мы давно поймали бы эту подводную лодку.

Иванов помолчал, посмотрел на Макара Макарыча и вдруг прошептал:

- Казаченко в городе.

- Какой Казаченко? - воскликнул Макар Макарыч, потрясенный. - Наш Казаченко?

- Матрос Казаченко с нашего катера.

- Наш матрос Казаченко? Володя Казаченко, который пропал на том берегу вместе с капитан-лейтенантом?

- Да.

- Казаченко в городе и не явился на катер?

- Он тяжело ранен.

- Перешел через фронт?

- Разумеется.

- Корольков видел его?

- Нет. Доктор запретил. Но он все равно никого не узнает и ничего не понимает.

- Выживет?

- Пока неизвестно.

- Он в госпитале?

- Нет, он у одной здешней жительницы, которая подобрала его возле своего дома. Доктор считает, что пока лучше оставить его там.

- А что Корольков?

- Корольков спрашивал доктора, не рассказывал ли Казаченко чего-нибудь о капитан-лейтенанте. Но Казаченко только бредил, а потом и бредить перестал. Корольков вернулся от доктора взволнованный, зашел в каюту и вдруг нечаянно заснул на диване.

- Вам бы тоже хорошо поспать, - сказал Макар Макарыч. - Отчего вы не спите?

- Не могу. Сон для меня уже не отдых. Только закрою глаза - и сразу чудится, будто на мне наушники и будто я снова слышу шорохи, шелесты морской глубины. Да и как тут поспишь, когда сейчас опять в море! Пойду проверю свой аппарат.

- Не разбудите лейтенанта.

- Не беспокойтесь.

Иванов медленно поднялся и ушел на катер. Макар Макарыч остался на молу один. Он тоже мало спал за последнее время, однако спать ему не хотелось - в его возрасте люди легче обходятся без сна. Он сидел, курил и думал.

И вдруг увидел двух девочек, которые шли по молу прямо к катеру.

ТУТ НЕТ НИКАКОГО СМЫСЛА

Край солнца уже опустился в море, когда Катя вышла на мол, таща Лиду за руку. Она рассказала ей про девочку с мишкой, и теперь они шли к лейтенанту Королькову. Они сейчас скажут ему те слова, которые просил передать раненый матрос.