Томми с удивлением посмотрел на мать. В первый раз она так говорила с отцом. Инструменты — это было единственное, что у них осталось. Томми ожидал, что отец вспылит, но он опустил голову еще ниже и тихо сказал:

— Ничего не сделаешь…

Он медленно развязал мешок и стал рыться в нем. Потом вынул разводной гаечный ключ и повертел его в руках.

Наконец он встал и, сгорбившись, пошел к большому костру. Мать и дети молча смотрели ему вслед.

Отец долго не возвращался. Он стоял у костра, освещенный снизу красными отблесками. Люди возле костра шумели.

Наконец отец пошел обратно.

Было уже темно, но мать и дети видели, что в руках у него тот же гаечный ключ. Томми почувствовал, как теплый комок подступает к горлу. Мальчик отвернулся, стараясь не выдать своих слез.

Отец подошел.

— Там хорошие люди, — сказал он. И мать вдруг увидела, что лицо у него радостное и смущенное. — Приглашают нас к костру. У них есть картофель.

— Что ты говоришь?!. — сказала мать. — Бывают же такие люди! — Томми показалось, что в голосе у нее прозвучало что-то похожее на слезы. Она встала и взяла Розу на руки.

— Томми, заправь рубашку!

Возле костра распоряжался маленького роста черноволосый мужчина с мелкими чертами подвижного улыбающегося лица. Он шумно приветствовал мать.

— Садитесь, садитесь, места всем хватит! Картофеля тоже. Эй, длинноногий, подбери свои ходули!

— Ничего, ничего, — говорила мать. — Мы как-нибудь устроимся.

Люди вокруг костра (их было человек десять) потеснились и дали место вновь прибывшим.

— Берите картофель из этой кучи. У вас есть котелок? Вешайте его на палку!

— Не стесняйтесь, — говорил черноволосый. — Нам этот картофель ничего не стоил. Мы его «одолжили» на соседней ферме.

При слове «одолжили» люди вокруг костра засмеялись, и Томми понял, что они просто сами взяли картофель.