
Сейчас, конечно, так поступить было нельзя. Во-первых, папа спит, и его еще добудиться надо, а во-вторых, если он проснется, то ни за что не поверит, будто компьютер включился сам, без Толькиного участия. А раз так, то сильно рассердится, и тогда уж точно не видать Тольке компьютера целую неделю.
Проще всего, конечно, было выдернуть вилку из розетки и попытаться снова заснуть. Однако какой-то бес нашептывал, что перед этим надо все-таки нажать ENTER и посмотреть, что из этого получится.
Так Толька и сделал. Он уже тысячу раз нажимал на эту клавишу и не ждал никакого подвоха, а потому смело надавил указательным пальцем на гладкую пластмассу…
В первое мгновение Тольке показалось, будто его током дернуло. Не так чтобы очень сильно, но чувствительно. Хотя пластмассовая клавиша — это не оголенный провод, через нее даже ущипнуть не могло. Однако уже через несколько секунд Толька понял, что это вовсе не удар током, а что-то совсем иное и непонятное.
Лаптев ощутил, что теряет вес. Не оттого, что худеет, а оттого, что сила земного тяготения перестает на него действовать. Он сделал какое-то судоорожное движение… и медленно поплыл вверх. По крайней мере, туда, где был потолок с люстрой. Впрочем, уже через несколько секунд он перестал понимать, где верх, а где низ. Когда Толька доплыл до потолка и коснулся его вытянутыми руками, ему стало казаться, будто «верх» находится на одной боковой стене, а низ — на другой. Попытавшись перевернуться, Лаптев неловко дрыгнул ногой, и его стало вращать, как веретено. А когда он попробовал подтянуть колени к животу, чтобы остановить это вращение, его завертело, как акробата, делающего тройное или там четверное сальто. Кувыркаясь в воздухе, перепуганный Толька полетел к стене, стукнулся об нее босыми пятками и в полном отчаянии заорал:
— Мама-а!
То есть он хотел заорать. Вроде и рот открылся, и воздуха в груди было полно, и голосовые связки напряглись — а крика не получилось. Даже шепота. На какое-то время установилась мертвая тишина. А может, абсолютная или глухая — называйте как хотите.
