Своего первого наставника по тибетскому буддизму я встретил где-то в конце 1962 г. в Нью-Джерси. Он был калмыком из города Астрахани, расположенного в месте впадения Волги в Каспийское море, и звали его Геше Вангьял. Подобно многим его соплеменникам, ещё в юности он уехал в Тибет и поступил в монастырскую школу, где провёл сорок пять лет своей жизни. Он видел, что сделала с буддийскими храмами и монастырями советская власть, и, когда в 1950 г. в Тибет вторглись китайские коммунистические войска, понял, что ожидает эту страну, и бежал в Индию. Тремя годами позже он с помощью Всемирной церковной службы переправился морем в Соединённые Штаты Америки.

Почти сразу же по прибытии в Америку Геше Вангьял начал преподавать тибетский буддизм всем, кто желал этого. В 1960 г. он основал монастырь и образовательный центр и пригласил своих коллег-монахов присоединиться к нему. Через этот центр прошло множество американцев, в том числе и я. Волею судьбы многие из них впоследствии обрели вес в политике, академической науке, медицине, религии, издательском деле и других областях.

Массовый исход тибетцев из своей страны, начавшийся в 1959 г., когда Далай Лама вынужден был бежать в Индию, привёл к образованию множества тибетских школ и институтов — как для духовенства, так и для мирян — в Индии, Сиккиме и Непале. Среди них была и первая школа для монахов, основанная в стенах бывшей тюрьмы в жарком индийском городе Баксадваре, где тибетцы с трудом адаптировались к совершенно непривычному климату и пренебрежительному отношению местного населения. К счастью, все основные институты тибетского буддизма в изгнании были восстановлены, хотя и не в полном масштабе.