Баскак взмахнул бичом, но Беркет, изловчившись, успел за него ухватиться.

— Слезайте с коней и сдавайте оружие! Сейчас я пошлю к .старейшине гонца. Будет разрешение — войдете, а нет — вам придется убраться восвояси,— сказал Беркет.

От гнева глаза баскака налились кровью.

— Ломайте ворота! — закричал он во все горло. Сорок всадников спешились, взмахнули сорока копьями и ринулись к городским воротам. Но Беркет только свистнул — и над стеной поднялась сотня копий. Слуги растерянно оглянулись на баскака: видно, силой ничего не сделать.

— Поднимайтесь на гору да не спускайте с города глаз,— приказал тот.— Туда я войду один. В случае чего...— остальное он прошептал на ухо старшему слуге.

Баскак швырнул свой меч к ногам Беркета и высокомерно приказал:

— Ведите меня к вашему старейшине!

— Проводите его на площадь,— крикнул Беркет двум стражникам.

Еще издалека заметил баскак, что площадь битком набита народом. Собрались люди даже из соседних племен. Кому не хватило места на земле, сидели на заборах, деревьях. Все внимательно слушали старого кузнеца. На баскака никто не обратил внимания, никто не уступил дороги.

— Расступитесь, сам баскак идет! — гневно закричал незваный гость.

Люди удивленно обернулись к нему, но ничего не сказали.

— Ну, чего рты разинули?! Или забыли о повиновении?!

Толпа все так же молча расступилась. Пройдя на середину, баскак стал искать глазами Куркура.

— Где этот бездельник Куркур? Куда девался ваш старейшина? Почему он не встречает меня?!

Старый кузнец Жантимир повернулся к нему и спокойно сказал:

— Вот я и есть старейшина! А уж коли ты пожаловал к нам, будь гостем. Ты как раз поспел к большому празднику. Садись на этот камень и слушай.

— Что еще за праздник?! Кто позволил?! — Баскак грозно нахмурился.

— А вот кто позволил! — кузнец указал рукою на запрудивший площадь народ.— Что за праздник? Решили мы покончить с позорным прозвищем. Отныне земля наша будет называться страной смельчаков.