— Р-р-р-р-р. А что? Я в прекрасной форме.

Девочки, с трудом поднявшись, двинулись к кошке, а та, не дожидаясь разборок, поспешила в проход. Вбежав в большой зал, освещенный факелами, она остановилась. В стенах зала были вмонтированы железные двери с решетками и большими запорами.

— Тихо! — скомандовала Сонька, решив из обороны перейти в наступление. — За той дверью кто-то стонет.

Сообразив, что кошка от их расправы никуда не денется, сестры на цыпочках подошли к двери и заглянули в окошко. Там была чернота, свет от факелов не попадал туда. Стоны прекратились, и измученный голос произнес.

— Помогите.

Подруги отскочили от двери.

— Где-то я этот голос уже слышала, и он мне не нравится. — прошептала Сонька.

— Мы его освободим, и он нам поможет отыскать ключ, — предложила Аня.

— Или выдаст нас колдунье. Ведь не зря его заперли.

— Ты тоже сидела на цепи, — возразила Аня.

— А я думаю, сначала надо поговорить с ним, а потом решать, — сказала Катя, осторожно открыла засов и толкнула дверь. — Наверное, петли заржавели, давайте вместе. — Девочки налегли плечами на дверь, и та со скрипом немного отворилась.

— Давай еще поднажмем. — Аня уперлась ногами в пол.

Заскрипев еще сильнее, дверь дрогнула и отворилась настежь. Сестры кубарем вкатились в темницу. В нос ударил сильный запах гниения и плесени. Следом, с лампой в зубах, вошла Соня, и темница наполнилась светом. В дальнем углу, прикованный цепями к стене, стоял леший.

— Это он, он меня похитил. Так тебе и надо, деревяшка дырявая.

Они внимательно всмотрелись в него. Его тело походило на голландский сыр. Дырки, величиной с вишню, были повсюду. Он застонал и поднял голову. Лицо тоже было в отверстиях, но поменьше.

— Помогите, — повторил леший, и силы его покинули. Он упал на колени, склонив туловище вперед, от падения его удерживали только цепи, прикованные к рукам.