— Нас заметил, — шепнул Никитка. — Удерет теперь!

— Смотрите в овраг и кричите: лиса, лиса! — скомандовал Вася.

Ребята заорали:

— Лиса! Вон, вона побегла! Ох и хвостина у нее, как огонь!

Федька старался бочком пробраться по мостику. Когда он дошел до середины, Вася быстро повернулся, сшиб Федьку с ног и уселся на нем верхом.

— Ну говори, будешь еще пакостить Ивану Михайловичу?

Федька молча барахтался, стараясь вырваться.

— Пускай побожится, Вась! — кричали ребята. — А то мы его сейчас в снег закопаем!

— Божись, Федька! Поздно будет!

Увидев беспощадные Васины глаза, Федька захныкал.

— Божись, жаба! Или мы тебя сейчас на дно покатим! — закричал Тимоша.

И оттого, что даже тихоня Тимоша зарычал, как медведь, Федька окончательно струхнул:

— Не буду, отпустите... крест святой, не буду!

— Отпустите его сейчас же! Что вы тут вытворяете? — раздался строгий голос. Ребята обомлели. На мостике стоял учитель.

...В учительской Федька сопел и молчал. Он не хотел рассказывать, за что ему попало. Учитель отпустил его и молча взглянул на грязевских ребят.

— Иван Михайлович, — сказал Вася. — Мы ведь еще его не били, так просто попугали... Он со страху орал.

Иван Михайлович неожиданно улыбнулся:

— Я все слышал. Ну, что ж, заступники, идите и впредь меня не защищайте, я это умею делать сам.

Весь класс поддержал грязевских ребят. С Федькой никто не разговаривал. Даже его дружки Белозеров и Серов старались держаться поодаль.