В школу Лиза не опоздала: прибежала в класс со звонком, запыхавшись и тараща глаза. Зато она забыла очки, дневник и расческу. Самое обидное, что оправдываться было бесполезно. Ну кто бы поверил, что из стены у Лизы возник маленький домовой в башмаке, ел борщ, пил кофе, а потом улетел по радуге?..

Лиза в свою учительницу Инну Васильевну, ну, прямо, влюблена была, слушалась ее больше, чем родителей. Но если рассказать такое Инне Васильевне, она вначале улыбнется, потом рассердится, а потом пошлет девочку к врачу.

Несмотря на возраст и романтический характер, Лиза прекрасно понимала, что без доказательств ей не поверит никто. Значит, надо ждать доказательств. Неясно было все же, когда прилетит Федя: может, завтра, может, через месяц, а может, вовсе через год. Поэтому вся надежда была на балабончики. Хотя, когда они начнут раскрываться, Федя ей точно не сообщил.

«Значит, надо терпеть, — сказала себе Лиза, — и научиться жить так, словно ничего не было. Надо кончать четверть и попытаться заработать по математике „пять“, чтобы мама была довольна». Ночью Лиза спала плохо, а под утро ей приснилось, что на уроке физкультуры она бежит по дорожке спортплощадки и видит: на ногах у нее не чешки, а розовые клоунские башмаки 45-го размера с полуоторванными подошвами. А наверху, в баскетбольной «корзинке» сидит учитель физкультуры Ростислав Николаевич с рыжей, как у Феди, бородой и кричит ужасную чепуху:

— Ты на бегу-то кувыркайся, кувыркайся, Лизок! А будешь падать, очки надень, а то радугу не увидишь!..

Прошли три дня. Лиза уже ни на что не надеялась. Наступил вечер пятницы, и родители собирались в театр.