Гарпунщица поклонилась и направилась к шлюпбалкам, удерживающим лодку. Юнга пошел с ней. Капитан назначил им в сопровождение еще двух матросов, Деншю, марсового,

Следующие полчаса все с тревогой смотрели на главный парус, гадая, станет ли он развеваться на ветру или с хлопком разорвется сверху донизу. Наконец они подошли к острову так близко, что можно было спускать шлюпку. Зигрид и ее товарищи опустили лодку на воду. И принялись усердно грести, чтобы быстрее подплыть к затихшему острову.

— Я вижу людей! — закричал юнга. — Там! В окнах домов. Вон женщина с ребенком на руках. А еще я вижу стадо свиней, идущее по главной улице… А вот хлев, где живут коровы!

Склонившись над веслами, Зигрид краем глаза посмотрела, не бредит ли мальчик; но нет! Она тоже видела все чудеса, описанные Хатой. На острове жили люди. Если повезет, им удастся договориться с его жителями.

Качаемая волнами лодочка медленно кружила вокруг своей оси, и потому эта сносимая ветром земля была похожа на плоский волчок, плывущий по воле волн. В первое время это просто могло породить легкое головокружение, а также нарушение чувства равновесия; надо было просто привыкнуть.

Зигрид и ее товарищи с трудом пришвартовались к дебаркадеру, который все время уходил от них, словно прикрепленный к карусели деревянный конь. Они завязали пеньковый трос и смогли наконец-то подтянуться на полуразрушенный понтонный мост. При их появлении взлетели чайки. Солнце отражалось от одеяний неподвижно стоящих крестьян и ослепляло Зигрид и ее товарищей. Все, и животные, и люди, замерли, парализованные страхом перед нашествием иностранцев.

— Сумимасен.

Это был абсолютно бесполезный аргумент, поскольку на большинстве плавучих островов люди вели обособленный образ жизни и обходились без денег. Вместо оловянных, бронзовых и золотых монет они предпочитали товарообмен, а если в деревне не хватало рук, то помощь по хозяйству.