И такъ молись обо мне, любезный братъ, дабы и то и другое даровалъ мне Господь, дабы, т. е., и поразилъ меня слепотою, которая бы мне не давала видеть суеты, и вместе просветилъ мою слепоту, дабы я могъ видеть истину. Да умертвитъ Онъ во мне ветхаго человека съ деяньми его, и да процвететъ о Христе плоть моя и обновится яко орля юностъ моя. Въ семъ–то и состоитъ истинная перемена, когда мы сами изменяемся въ новаго человека, созданнаго по Богу и носящаго на себе образъ небесный, и вместе отлагаемъ того человека, который заразился грехами. Молю Бога, чтобы Онъ уничтожилъ во мне земный образъ, носимый нами въ мірской жизни, и вместо того возстановилъ и украсилъ во мне свой образъ, который бы мне не стыдно было носить, и съ которымъ я смело могъ бы сказать: исчезе сердце мое и плоть моя, Боже сердца моего, и часть моя, Боже, во векъ (Псал. 72, 26)! Ибо когда происходитъ спасительная перемена съ моимъ внутреннимъ человекомъ, — исчезаетъ сердце мое и плоть моя, т. е., действія воли и плоти моей; тогда я, свободный отъ узъ телесныхъ, съ очищеннымъ сердцемъ смело могу взывать къ Богу: Боже сердца моего, и часть моя, Боже, во векъ! О, если бы исполнилось надо мною оное изреченіе Симеона, т. е., если бы Іисусъ Христосъ былъ мне на паденіе и на востаніе, — на паденіе внешнему моему человеку, и на востаніе — внутреннему, дабы палъ во мне грехъ, упорно стоящій, когда душа падаетъ, и восталъ бы во мне тотъ безсмертный человекъ, который палъ, когда грехъ усилился! Стояніе внешняго человека есть паденіе внутренняго; и на оборотъ, въ той мере, какъ ослабеваетъ нашъ внешній человекъ, внутренній со дня на день обновляется. Посему–то великій учитель и говоритъ: егда немоществую, тогда силенъ есмь (2 Кор. 12, 10).

И такъ благодареніе Господу, что Онъ начерталъ мой образъ более живыми и прочными красками, не на скрижаляхъ тленныхъ и не на мягкомъ воске, но на плотяныхъ скрижаляхъ сердца твоего, где ты будешь постоянно созерцать меня, напечатленнаго въ душе твоей, и блюсти меня въ единеніи веры и благодати не только здесь, но и въ будущемъ веке.