Следует сказать, что в этих словах была немалая доля правды.

— Давайте отправим наших барашков на Кубу! — неожиданно подал голос Кынчо.

— Заткнись, балда! — оборвал его Рони Дакалка. — Пока их довезут до Гаваны, они сто раз протухнут.

— А можно отправить на рефрижераторах, — заметил Димчо.

— Сам отправляйся на рефрижераторе!

— И отправлюсь. Да. да, если хочешь знать! Отвезу туда мясо и буду помогать кубинскому народу бороться против империалистов!

У всех вдруг остановилось дыхание… Димчо выразил вслух сокровеннейшую мысль, которая вот уже десять дней и ночей неотступно сверлила их мозг! Поехать на Кубу, увидеть своими глазами Остров Свободы, познакомиться с Фиделем Кастро, подняться на Сьерру-Маэстру и, может быть, даже помочь кубинским пионерам организовать Федерацию динамических астронавтов, чтобы объединить усилия в борьбе за освоение космоса!

— Прекрасная мысль!! — сказал Роландо, обрадованный тем, что разговор принял такой оборот. — Поезжайте на Кубу, а я пойду, у меня сегодня занятия в обсерватории.

— Вы правда к нам не пойдёте? — жалобно протянула Фанни.

— Не могу! — решительно ответил Роландо, боясь, что женские слезы заставят его дрогнуть.

— И к нам тоже? — спросил Игорёк. — И к вам.

— И к нам? — тихонечко пискнул Кынчо, и носик у него сморщился.

— И к вам тоже!

Роландо повернулся и пошёл к остановке. Во рту пересохло, на сердце кошки скребут.

Он боялся обернуться, потому что лишь сейчас понял, как привязался к этим ребятам. Поднявшись на подножку троллейбуса, он всё же оглянулся: династронавты стояли, сбившись в кучу, понурые, молчаливые — тринадцать расстроенных, разочарованных ребятишек. Он чуть было не соскочил с подножки, но, представив себе обильное угощение, которое его ждёт, быстро овладел собой и только крикнул: