Успокоение так же начинается с гипоталамуса: его сигнал останавливает «стрессовую» деятельность гипофиза, а гипофиз утихомиривает надпочечники. Если хотя бы один из сигнал оказывается недостаточно внятным и своевременным, равновесие восстанавливается слишком медленно, и нервотрепка продолжается, хотя раздражитель давно исчез с горизонта. Скажем, враг исчез, а страх остался. Но неприятное чувство может третировать нашу нервную систему не меньше, чем непосредственное присутствие фактора стресса.

Ощущения, связанные уже не столько с нашим «биологическим» существованием, сколько с нашим восприимчивым сознанием, постепенно сами по себе превращаются в стресс. Стресс накапливается, организм подходит к опасному «пределу прочности» и начинает, как уже говорилось, предпринимать экстренные меры для выживания. Результатом может стать дестабилизация жизненно важных систем. А там нагрянут и заболевания, причину которых распознать практически невозможно. Ведь симптомы болезни проявятся с «запозданием»: стресс давно прошел, а недуг только что проявился. И кажется: одно с другим никак не связано. Врачи лишь разводят руками.

Такая последовательность событий – от нервотрепки до соматического расстройства и болезни — явление обычное, но не для всех. Уровень переносимости стресса у разных людей различен: да вы и сами наверняка замечали, что в минуту опасности или скандала одни паникуют и закатывают истерики, а другие, наоборот, собираются, действуют решительно и не теряют головы. Наше поведение в стрессовой ситуации тоже зависит от группы крови. Ген группы крови и ген, определяющий реакцию человека на стресс, в человеческом организме соседствуют и активно взаимодействуют друг с другом. Поэтому группа крови играет роль в том, как накапливается стресс и как мы реагируем на него.