Оставшись один, Наско погрузился в размышления. Надо сказать, что всякого рода отвлечённая умственная деятельность давалась ему нелегко. Он любил чисто зрительный подход к делу. Поэтому, вытащив из кармана блокнот и карандаш, он набросал фигурок двадцать силачей-боксёров разных национальностей: негра, японца, китайца, индийца, кубинца... Все широкоплечие, мускулистые, как на подбор. На ком остановиться? Один другого заманчивей. Под конец, устав от долгих раздумий, Наско решил посоветоваться с друзьями-астронавтами. Не зря говорится: ум хорошо, а два лучше.

Едва уроки кончились, Наско помчался в ракетный центр Федерации, который, как известно, помещается за сараем во дворе высокого жилого дома на углу улиц Царь Крум и Раковского, неподалёку от стадиона. Тут он и поведал динамичным астронавтам и Никижу о мамином предложении. Эффект был потрясающий.

- Я тоже хочу пригласить студента! - горячо воскликнул Полковник Димчо.

- И я! - решительно заявил Саша Кобальтовый Кулак, который никак не мог отделаться от былых привычек и говорил всегда властным, категорическим тоном.

Тут потребовали себе студентов и остальные члены Федерации, даже самые младшие - Фанни и Кынчо, числившиеся пока только кандидатами в династронавты.

- Хорошо, - сказал Наско. - Я скажу маме, чтобы она никому ни одного студента не отдавала, пока мы не отберём себе кого хотим. Говорите, кому кого надо. - Он вынул блокнот и приготовился записывать.

У Полковника Димчо колебаний не было:

- Мне - кубинца. И чтобы он был астрофизиком. Можно, конечно, физика атомника или кибернетика.

- А мне африканца, - заявил Саша Кобальтовый Кулак. - И чтобы он выступал за институт физкультуры или спортивное общество "Левский".

- Все студенты состоят в обществе "Академик", - возразил Рони Дакалка. Но Саша заупрямился:

- А я хочу, чтобы он был в "Левском"!

В конце концов вот какие были высказаны пожелания:

Рони Дакалке нужен был новозеландец - журналист или писатель.