Поэтому если бы он не воспрепятствовал смешанным бракам, то небольшой иудейский народ растворился бы в огромной массе окружавших его народов. Во-вторых, соединяя свои судьбы с язычницами израильский народ приобщался к их религии, которая становилась уже родной для их совместных детей. В прошлых своих работах мы подробно анализировали культы древнего Ханаана и поэтому сейчас лишь кратко отметим основные черты религий, окружавших Израиль народов. Так египтяне особо почитали богиню Иштар (Исиду): “на празднествах Исиды тотчас же вслед за коровой (символ богини — прим. А.О.) шла группа молодых девушек, cystophores, с мистическим пузырём в руках, тут же шла жрица с золотой урной на груди, а в урне находился Фаллос, который… был священным изображением верховного божества и орудием тайных наслаждений. В культе подобного рода священная проституция играла, конечно, очень видную роль… здесь происходило полное смешение полов и самый грубый разгул страстей” [3]. У моавитян был очень популярен культ Молоха. “Статуя Молоха сооружённая специально для принятия человеческих жертвоприношений и сожжения их. Она была колоссального роста, вся из меди, и внутри пустая. Голова была бычачья, потому что бык был символом силы и солнца в его лютом виде. Руки у статуи были чудовищной длины, и на огромные простёртые ладони клались жертвы; руки, движимые цепями на блоках, скрытых за спиною, поднимали жертв до отверстия, находящегося в груди, откуда они сваливались в пылающее пекло, которое помещалось внутри статуи, на невидимой решётке, а выпадавшие сквозь неё зола и угли образовывали всё возрастающую кучу между ног колосса… дети клались живыми на страшные докрасна раскалённые ладони чудовища. Родным настрого воспрещалось выказывать печаль. Детей, если они кричали, пока их приготовляли к ужасному обряду, успокаивали ласками. Как это ни должно казаться безобразным и невозможным, матери обязаны были не только присутствовать на страшном торжестве, но воздерживаться от слёз, рыданий и всякого проявления печали, потому что иначе они не только лишились бы всякого почёта, подобающего им вследствие оказанной им всенародно великой чести, но могли навлечь гнев оскорблённого божества на весь народ, и одно неохотно сделанное приношение могло уничтожить действие всего жертвоприношения и даже навлечь на народ беды хуже прежних.