Далее нас предупреждают: нельзя критиковать других. В то же время эти же люди жестоко критикуют тех, которых они считают "судьями", что они действуют якобы без любви, а сами делают то же. Это очень печально! Отклоняя священническую обязанность стража на том основании, что никому не дано права судить, люди обнаруживают раздвоенность своего сердца. С другой стороны, оправдывают всех, от которых хоть чуточку веет "запахом" благочестия. Как таким людям не хватает духовного ведения для правильной оценки вещей. Называть зло добром и тьму светом столь же опасно, как добро злом и свет тьмой (Ис.5:20).

Очень опасно перейти от повелений Священного Писания испытывать духов и исследовать самих себя к плотскому бессердечному осуждению и проклятию,- продолжает Г.Бауэр. - Только тот может поистине духовно испытывать вещи, кто вначале испытывает самого себя, проверяет и очищает перед лицом Божьим свои сердечные побуждения. К побуждениям сердца надо относиться весьма серьезно: страдаем ли мы от неправильных поступков другого? Побуждает ли нас священнический долг только к тому, чтобы помочь заблудшему?

Если нас не побуждает любовь Христова (2Кор.5:14), которая не желает ближнему ничего другого, как только Самого Иисуса, а бессердечная фарисейская праведность, то мы сами находимся в опасности вступить на неправильный путь. Нам надо в таком случае закрыть уста. Апостол Павел не напрасно говорит пресвитерам в Ефесе: "Итак внимайте себе..." (нем. пер.: "наблюдайте за собой") (Деян.20:28).

Где предостережение "внимать себе" принимается во внимание, там следует поручение: "...и всему стаду..." Любовь Христова повелевает не молчать, видя злое. Если мы видим кого-либо на пути заблуждения и соблазна и остаемся в покое, то мы поступаем не по любви. Мы не должны менять истину на любовь, ибо любовь Божья сорадуется истине (1Кор.13:6).

Любовь не безвольна. Она не может и не должна умалчивать о духовном упадке или умалять духовную опасность.