Наблюдая высадку из кишлака, моджахеды решили, что «шурави» хотят разместить на горе свой пост. Добыча показалась им легкой, и вот из кишлака выступил отряд численностью не менее полутора сотни бойцов. Они полезли на гору с разных сторон, потеряли добрый десяток на минах, нащупали свободный проход и ринулись туда. Но с расстояния в каких-нибудь десять метров (т. е. в упор) были встречены массированным огнем автоматов, пулеметов и снайперских винтовок! Человек тридцать моджахедов погибли сразу, остальные откатились вниз. Потом прилетели вертолеты, потом — самолеты, и, в итоге, от отряда мало что осталось. Так воевал спецназ. К сожалению, другим частям Советской Армии было до него далеко, разве что десантники еще могли соперничать со спецназом в плане эффективности боевых действий…

И вот тут самое время подчеркнуть, что в западном мире силы, предназначенные для разведывательно-диверсионных операций, считаются «элитными» воинскими частями. В них служат солдаты, капралы и офицеры, наиболее способные к военному делу, прошедшие наиболее качественное обучение. И моральный дух наиболее высок именно в этих частях. Они как бы «задают тон» остальной массе военнослужащих, являются для них своего рода примером, ориентиром и образцом для подражания.

Не случайно весь офицерский состав сухопутных войск США обязан проходить стажировку сроком от одного до трех месяцев в центре дислокации и обучения сил специального назначения в Форт-Беннинге, Форт-Брэгге, зоне Панамского канала, Бад-Тельце и других. На мой взгляд, в процессе создания Белорусской национальной армии тоже следовало бы учесть этот опыт, вместо того чтобы заново изобретать велосипед.

Я имею в виду следующее. Доставшуюся нам бригаду спецназа надо сделать образцово-показательным учебным формированием и пропустить через курс обучения в нем всех без исключения офицеров БНА. А солдат и сержантов во всех мотострелковых бригадах белорусского войска обучать, исходя из требований и методов частей спецназначения.