– Женя! – вдруг встрепенулась Оля. – Женя, иди сюда! Скорее!

Перепрыгнув через небольшую клумбу, Женя прибежал на ее зов.

– Прости меня, – попросила Оля. – Давай помиримся!

– И ты меня прости, – нагнул голову Женя. – Тимур, ты тоже прости!

– Прощаю, – тут же кивнул Тимур.

– Теперь будем молиться? – выжидающе поднял голову Женя и жалобно посмотрел на сестру.

– Да, – всхлипнула Оля. – Пойдемте скорее в дом!

– Ой! – испуганно вскрикнул Тимур. – У тебя так сильно распухла щека, даже глаза не видно!

Оля потрогала опухшее место, прикрыла щеку кукольной пеленкой и, всхлипывая, побежала в дом. Братья последовали за ней.

– Дорогой Иисус! – склонилась она на колени.– Прости меня за то, что я била Женю. У меня такое злое сердце! Прошу Тебя, Иисус, сделай меня доброй, чтобы я никогда не сердилась и никого не обижала.

– Иисус, прости и меня! – молился Женя. – Я тоже виноват. Исцели, пожалуйста, Олю, чтобы глаз у нее был здоровым. Прости нас всех!

После молитвы Оля легла на диван, а Женя принес подушку и заботливо накрыл сестру одеялом.

– Очень больно? – слегка притронулся к покрасневшей щеке Тимур.

– Еще бы! – подтвердил Женя.

Братья не отходили от Оли, стараясь развлечь ее, но опухоль от этого меньше не становилась. Вдруг Тимур вспомнил, что скоро приедут родители, и побежал с Женей во двор наводить порядок.

– Нас папа накажет? – с тревогой в голосе спросил Тимур, помогая Жене тащить к мусорной яме поломанный шалаш.

– Мы ведь помирились! А папа говорил, что, если мы простили друг другу, значит, нельзя вспоминать. Тимур облегченно вздохнул:

– Хорошо, а то Оле еще и ремня досталось бы. В это время скрипнула калитка. Во двор не спеша вошла тетя Вера.

– Здравствуйте, мальчики! – улыбнулась она.– Вы что такие печальные? А где Оля?

– Она лежит, – кивнул Женя в сторону дома.