- С чего бы меня поразило, если в Бога я верю.

- Мало ли что веришь, надо покаяться.

- В чем мне каяться?

- Как в чем? Во всех грехах.

- Мне не в чем каяться. Я чист.

- Как это не в чем. Иисус сказал: "Все согрешили". Он своей кровью искупил все наши грехи, поэтому все должны покаяться перед ним.

- Что касается моих грехов - их я искупил своей кровью. Чужой крови мне не надо. Что же касается веры в Иисуса, то я верю в него и так.

При всем моем желании даже для обмана пастора с целью получения права выступить перед прихожанами, я не смог бы покаяться в своих грехах. Я просто не смог бы проявить неискренности. Как сердце так и грудь мои были сдавлены застывшей болью, которую я уже просто ощущал как одно из чувств, и что позволяло мне говорить только прямо то, что шло из груди.

Я решил его попросить оказать мне помощь в напечатании книги. Ведь среди прихожан наверняка найдутся машинистки или работники на компьютерах или просто студенты, имеющие к компьютеру доступ. Когда я Саше показал памятку для адаптации психически больных, он спросил:

- И кому нужен этот бред?

Кому мне оставалось верить? Только как тому, кто во мне. Но церковь мне несла не только негативы. Слушать приезжающих пасторов было интересно. Это было общение душ, несмотря на то, что я, как и остальные прихожане, молчал. Бог - это полнота. Верующий в Него посвящает Ему всю свою душу. Верующий и говорящий о Нем раскрывает всю свою душу наизнанку, если он искренен. Сидя в зале, я переживал с искренними пасторами как их искренность, так и их полноту или неполноту, сразу отмечая сходства или расхождения моего и их понимания Бога, а также во всех остальных вопросах, которых они касались. Они выдавали в зал волну своей души, настраиваясь на которую я вибрировал вместе с ними.