Ибо в то время, как боги с людьми препирались в Меконе, Тушу большого быка Прометей многохитрый разрезал И разложил на земле, обмануть домогаясь Кронида. Жирные в кучу одну потроха отложил он и мясо, Шкурою все обернув и покрывши бычачьим желудком, Белые ж кости собрал он злокозненно в кучу другую И, разместивши искусно, покрыл ослепительным жиром. Тут обратился к титану родитель бессмертных и смертных: "Сын Иапета, меж всеми владыками самый отличный! Очень неровно, мой милый, на части быка поделил ты!" Так насмехался Кронид, многосведущий в знаниях вечных. И, возражая, ответил ему Прометей хитроумный, Мягко смеясь, но коварных повадок своих не забывши: "Зевс, величайший из вечно живущих богов и славнейший! Выбери то для себя, что в груди тебе дух твой укажет!" Так он сказал. Но Кронид, многосведущий в знаниях вечных, Сразу узнал, догадался о хитрости. Злое замыслил Против людей он и замысел этот исполнить решился. Правой и левой рукою блистающий жир приподнял он И рассердился душою, и гнев ворвался ему в сердце, Как увидал он искусно прикрытые кости бычачьи. С этой поры поколенья людские во славу бессмертных На алтарях благовонных лишь белые кости сжигают. В гневе сказал Прометею Кронид, облаков собиратель: "Сын Иапета, меж всех наиболе на выдумки хитрый! Козней коварных своих, мой любезный, еще не забыл ты!" Так говорил ему Зевс, многосведущий в знаниях вечных. В сердце великом навеки обман совершенный запомнив, Силы огня неустанной решил ни за что не давать он Людям ничтожным, которые здесь на земле обитают. Но обманул его вновь благороднейший сын Иапета: Неутомимый огонь он украл, издалека заметный, Спрятавши в нартексе полом. И Зевсу, гремящему в высях, Дух уязвил тем глубоко. Разгневался милым он сердцем, Как увидал у людей свой огонь, издалека заметный.