"Как хочется не грешить! - рассуждала Таня, - Буду стараться не пачкать свое сердце, никогда не буду делать то, что раньше…"

Задумавшись, Таня поставила чашку на край стола и нечаянно задела ее. Чашка упала и со звоном разбилась...

- Что теперь делать?! - замерла Таня. - Сознаться? Нет, не нужно! Мама будет недовольна! Лучше спрятать все в мусорное ведро, пока никто не видел!

Некоторое время Таня стояла в нерешительности. Тихий, спокойный голос совести напоминал: "Неправда - это грех. Нужно сознаться, ты же покаялась!" Но другой голос, настойчивый и дерзкий, не отступал: "Ты же нечаянно разбила! Спрячь куда-нибудь. Может, никто и не заметит, что чашек меньше..."

Вдруг Таня услышала чьи-то твердые торопливые шаги. Она схватила разбитую чашку и хотела бросить в мусорное ведро, но его не оказалось на месте. Недолго думая, Таня сунула чашку в шкаф для посуды.

Дверь тихо отворилась, и в кухню вошел отец.

- Таня, что служилось? - спросил он.

- Ничего, - обманула Таня, чувствуя, как от стыда загорелись уши и щеки.

- Я слышал какой-то звон, - снова заговорил отец.

- Может Катя уронила Сашину машину, - не поворачиваясь, пробормотала Таня.

Отец увидел, что на столе стоит всего пять чашек, и сразу все понял. Желая помочь дочери сознаться, он снова спросил:

- А почему у тебя только пять чашек? Где еще одна?

- Не знаю.

- Спроси-ка у мамы, может, она знает.

Таня вышла на улицу, но через некоторое время вернулась и сказала, что ни мама, ни Лена не знают, где шестая чашка.

Отец молча вышел во двор. Он работал, а мысли его то и дело возвращались к Таниному поступку.

Он очень хотел помочь дочери осудить свой обман и покаяться.