Старый серый ослик Иа стоял один-одинёшенек в самом заросшем репейником уголке леса, расставив передние ноги, свесив голову набок, и размышлял о жизни. Иногда он с грустью спрашивал себя: «Почему»? Случалось, в голове у него возникал другой вопрос: «За что»? Бывало, и третий: «Отчего так»? А порой выходило, что он просто не представлял себе, о чём думает. Поэтому Иа очень обрадовался, увидев топающего мимо Винни-Пуха: ведь у него появилась возможность немного отвлечься от печальных мыслей, хотя бы для того, чтобы спросить заунывным голосом: «Как поживаешь»?

— А ты как? — ответил вопросом на вопрос Винни-Пух.

Иа горестно помотал головой.

— Не очень-то как, — после долгой паузы вырвалось у него. — И вообще, давно уже просто никак.

— Бедняжка ты наш, — сочувственно покивал Винни-Пух. — Как же мне тебя жаль. Дай я на тебя хоть как следует посмотрю.

Иа принялся понуро щипать травку, а Винни-Пух тем временем обошёл его кругом.

— А что случилось с твоим хвостом? — изумился он.

— А что с ним случилось? — полюбопытствовал Иа.

— Его просто нет!

— Ты уверен?

— Видишь ли, хвост, он или есть, или его нет. Ошибиться тут невозможно. А твоего хвоста, там, где ему положено, нет!

— А что же там есть?

— Ничего.

— Дай-ка посмотрим, — Иа медленно повернул голову к тому месту, где совсем недавно у него был хвост. А потом, обнаружив, что не может схватить его зубами, так же медленно начал поворачивать её в обратную сторону, пока, наконец, она не заняла исходное положение, после чего Иа опустил её вниз и заглянул себе между ног, но ничего не нашёл и там. Тогда ослик с протяжным, грустным вздохом признал: «Похоже, что ты прав».

— Разумеется, прав, — Винни-Пух нисколько и не сомневался в собственной правоте.