Был один экономист, который добился в своей сфере существенного успеха, глубоко исследовав соответствующие отношения. Остановись он на этом уровне, история сохранила бы его со знаком "плюс". Но являться только знатоком частностей показалось мало, а способностей к интуитивно-духовному познанию не было. Тогда он возвел главный элемент своей системы корыстный интерес - в ранг высших человеческих ценностей, и тотчас правильная экономика переросла в абсолютно дьявольскую философию. Ведь хватило же, однако, ума у великого химика, открывшего периодическую систему элементов, не заявить вдруг, что, например, наличие моральных устоев определяется одним сочетанием элементов в мозгу, а отсутствие - другим!

ИЗ "ОТКРОВЕННЫХ РАССКАЗОВ СТРАННИКА ДУХОВНОМУ СВОЕМУ ОТЦУ"

"Кои долгим навыком или милостью Божией от молитвы умственной приобрели молитву сердечную, то таковые не только при глубоком занятии ума, но даже и в самом сне не прекращают непрестанной молитвы".

Умственно молясь, делатель внимательно следит за спонтанным появлением в сознании посторонних элементов и удаляет их волевым усилием. Постепенно загрязненный бессознательный формирующий фактор ослабевает и молитва умственная переходит в молитву сердечную. Случайная мысль больше не нарушает концентрации и ничто не препятствует созерцанию божественного. Однако, как же можно молиться при "занятии ума"? Сосредоточение предполагает единственность объекта, иначе наступает рассеяние. Следовательно, молитва характеризует сознание помимо его содержания. Человек всегда от себя добавляет что-то к объекту, наделяет видимые предметы свойствами, им объективно не присущими. Как молитва, так и рассеяние могут иметь место при одном и том же произвольном содержании. Концентрация есть чистота объекта, отсутствие интерпретации, прозрачность окраски. Природа духа осознается через единство мира. Раздробленность же последнего не объективна, ее вносит в сознание страсть.