И как-то странно повел себя тогда Витоля: побледнел, задрожал, нервно закричал со слезами на глазах:

- Не пойду!.. С ними я!.. Иди отсюда, бешеный!.. Зараза хорьковая!

Масюта, юродствуя, с плаксивой миной на рыхлом лице, усаженном черными точками застарелых угрей, скрипуче засмеялся:

- Чуете, достойный агроном?.. Вот оно, пионерское воспитание! Никакого почтения к родному деду... Витольд, непослушание наказуется строго! - Он резко сменил тон и вдруг, кинувшись проворно к Витоле, схватил его за руку.

Витоля заплакал, стал вырываться, но безуспешно.

- Оставьте его! - сказал агроном.

- Извините, простите, высокоблагородный, но это не ваше собачье дело! Мой внук! - нагло ответил Масюта и дернул Витолю за руку с такой силой, что у того мотнулась голова.

- Ах ты, вонючий живодер! - крикнула Даша с возмущением. - Пусти Витолю!

И тут такое началось!.. Степа, Егор, Гриня и другие ребята, подбирая палки и комья земли, кинулись к Масюте. Окружили его, угрожающе крича:

- Пусти Витолю, а то в речку тебя спихнем!

- Голову расколем палками!

- В Совет потащим!..

- Ребята, остановитесь! - приказал Уманский, однако они не сразу успокоились.

А Масюта, нарочито упрямо не обращая на них внимания, словно бы и не видел их, и не слышал, тащил упирающегося Витолю, подгонял пинками:

- В позор родного деда вводишь!.. Ишь, каких защитничков себе нашел. Добился своего, теперь в Совет деда потянут из-за тебя. Ну погоди, ты у меня получишь! Я тебя вымуштрую! Целуй мне руку и проси прощения.

Витоля истерически закричал:

- Не буду! Не буду...

- Целуй, а то шкуру спущу! - Масюта протянул ему руку.

Плача навзрыд, Витоля несколько раз чмокнул ее. Масюта, хихикая, поглядывал в сторону ребят.

- То-то, любезный внук!

Витоля вдруг вырвался из его рук и побежал в степь. Масюта погнался за ним.

- Гнусный старик, - с горечью сказал Уманский.